Материал: Научный эксперт. Выпуск 6 - Материалы научного семинара


Вопросы докладчику и ответы

Вопрос (Д.С.  Чернавский):

Вардан Эрнестович,  пытались  ли Вы в качестве одной из характеристик или одного из признаков взять не какой- либо признак данной власти или формации,  а его диспер- сию? Я поясню. В физике признаком может быть твердое, жидкое и т. д. состояние. Есть и другие признаки — магнит- ные, электрические и т. д. Это средний признак какого-то вещества. В социологии  (это не моя область, но все же) есть признаки коллективизм, трудолюбие и т. д. Это средний при- знак. Можно поставить вопрос: а какова ширина распреде- ления этого признака в данном обществе? Почему я считаю это важным?

У меня впечатление, что Россия отличается, и существен- но отличается, от всех остальных не по какому-то конкрет- ному признаку, а по признаку дисперсии. У страны дисперсии широкие, распределение широкое. И это не только разница людей: один трудолюбивый, другой — менее и т. д., а диспер- сия проявляется в каждом человеке.

Есть такой голографический  эффект, это хорошо описа- но. Русский человек отличается тем, что он может быть кем угодно: он может  быть идеально  честным,  благородным, вплоть до самопожертвования, и также он может быть во- ром, казнокрадом, жуликом — в зависимости от того, в ка- ком обществе он находится, куда его поставят. Это эффект голографии,  т. е. каждый  человек несет в себе всю широту спектра. Это естественно, потому что человек так воспиты- вается. Мне кажется, что в России это наиболее важный и существенный признак.

К примеру,  если мы попробуем  определить дисперсию в Швейцарии, то, несмотря на разницу языков и т. п., там очень узкий поведенческий  разброс. Вот, пожалуй,  все, что я хотел сказать.

 

Ответ:

Очень интересный вопрос. Мы действительно пришли к выводу о необходимости исследований такого рода. В моно- графии «Вариативность и цикличность глобального социаль- ного развития  человечества» такой творческий эксперимент был детально описан.

Еще в XIX веке была замечена устойчивая повторяемость в идеологическом  смысле российских  государей через одно- го. Доминанта западнических тенденций в политике одного неизменно сменялось почвенническим поворотом в после- дующем царствовании. Хронологические рамки каждого из этапов цивилизационных колебаний соотносятся с последо- вательностью интронизаций.

Классический характер представляет собой циклическая триада смены общественного сознания эпох правления: Ни- колая I (консервативная  модель) — Александра II (иннова- ционная инверсия) — Александра III (цивилизационное от- торжение).  Задача состояла в научной верификации  этого феномена.

Для этого апробировалась методика  экспертной  оциф- ровки слабоформализуемых  факторов  исторического  про- цесса. Оцифровывался  показатель состояния  цивилизаци- онной идентичности российской государственной политики. Оценка проводилась в режиме пятилетних  интервалов на шкале исторического времени от 1750 г. до 2008 г. Усиление и ослабление цивилизационной идентичности обозначалось соответственно на оси оцифровки от плюс 10 до минус 10. Полученные результаты описания хода российской истории выражались ритмикой маятниковых инверсий («цивилиза- ционного маятника»). Четкая ритмическая смена векторов движения маятника соотносилась с периодами иносистем- ных заимствований и их почвеннического отторжения.

Дальше мы задались вопросом  о применимости полу- ченного по отношению к России объяснения хода истори- ческого процесса к другим странам. Экспертная оцифровка

 

состояния цивилизационной идентичности государствен- ной политики апробировалась по той же системе расчета к  истории США,  Великобритании,  Франции,  Германии, Италии, Испании, Японии, Китая, Турции, Бразилии. По- ложение о маятниковом  ходе модернизационного  процес- са находило  во всех рассматриваемых случаях точное под- тверждение. Страновые  различия  заключались  именно в амплитуде волновых колебательных движений. Характерно, что в России амплитуда маятниковых колебаний оказалась больше, чем где бы то ни было, соотносясь с представле- нием о радикально-максималистском размахе российской истории.

Россия — страна максимумов. Давно замечено, что рус- ская мысль, а через нее и российская государственная поли- тика, всегда отличалась максималистским характером,  по- ляризационной категоричностью, тяготением к крайностям. Дихотомия  добра и зла не оставляла места для толерантно- сти, а потому  не принимался  и подход балансировки инте- ресов. Категоричность  большевиков  обеспечила им победу над компромиссностью меньшевизма. Либо «жандармокра- тия» — полицейско-чиновничья  диктатура, либо «пугачев- щина» — свобода, доводимая до максимума тотального раз- рушения.

Сейчас один из реализуемых в Центре проблемного ана- лиза и государственно-управленческого проектирования проектов  состоит в  расчете  «поверхности   успешности». Основной пафос —  нахождение  исторического  оптиму- ма. Насколько, к примеру, должна быть открыта экономика страны? Может, она должна быть закрыта? Мы против та- ких полярных  подходов. Следует найти адекватный приме- нительно к российским специфическим условиям оптимум. Это специальная задача. Она не под силу исключительно гу- манитариям и предполагает использование математического инструментария. Размах русской души должен быть ограни- чен скрепами оптимизационного механизма.

 

Вопрос (А.В. Бузгалин):

Уважаемый коллега! Вы тут провели некие статистиче- ские сопоставления. Я тоже провел статистическое сопостав- ление. Я взял перечень ценностей, их 21, которые Вы пред- ложили и сравнил их с ценностями, сформулированными в работах коммунистических идеологов — Гэсса Холла, Че Гевары, Кастро, Корвалана, Маркса и т. д. Из 21-ой ценности полностью  совпадают 14 по формулировкам, с частичным отличием по формулировкам — 5, не совпадают — только 2. Вам не кажется, что вы просто переформулировали в ценно- стях России «Манифест коммунистической партии»?

Ответ:

Более правильно  было бы сказать, что мы переформу- лировали в ценностях России Нагорную проповедь Христа. К этому же источнику  восходил и «Манифест коммунисти- ческой партии». Так что совпадений в идентификации цен- ностей не могло не быть. Это только говорит о правильно- сти их определения применительно к интегральному белому ценностному пакету человечества.

Мы исследовали различные номинирующие ценности документы — и конституции  разных стран, и манифесты, и даже кодексы, как, к примеру, «Моральный кодекс строите- ля коммунизма». Задача, собственно,  и заключалась в выяв- лении исторически устойчивого  для человечества ценност- ного арсенала. И коммунизм как идеология также выражал стремление  человечества к обретению этого белого пакета ценностей. Поэтому я целиком  согласен и с большим ува- жением отношусь к творческим генерациям представителей коммунистической мысли. Но только ценности человечества не могут быть монополизированы какой-либо из идеологий.

Различия же цивилизаций состоят не в самих ценностях, а в форме их воплощения, в их иерархии, в их весовых мно- жителях. А вот в этом наша позиция с рецептурой «Манифе- ста коммунистической партии» принципиально расходится.

 

А.В. Бузгалин:

Понимаете, есть набор ценностей, которые совершенно не принимают либеральные идеологии. К примеру, нестяжатель- ство и приоритет духовных ценностей по отношению к день- гам в либеральной идеологии не принимаются, товарищество и взаимопомощь — не принимаются. Если мы посмотрим на патриархальные ценности, ценности феодальной России, по- лучится совершенно другой набор. Там главным будет уваже- ние дворянина, там главным будет Бога ставить выше человека. Никакого коллективизма там не будет, там будет совершенно другой тип отношений  для крестьян и для дворян. Если Вы посмотрите  на 10 заповедей, сформулированных в Библии, то

5 из них характеризуют то, что человек — раб Бога, и только потом идут какие-то другие ценности, которых, кстати, здесь нет, типа «не убий» или «не возжелай частной собственности другого». Здесь есть нечто иное — помощь другому. А на са- мом деле это «отдай свою частную собственность другому». То есть это не универсальное.

Вопрос состоит в том, что Вы сформулировали не уни- версалии, а именно левые ценности,  существенно отличные от правых ценностей, от консервативных ценностей.

В.Э. Багдасарян:

Мы не пытались агрегировать идеологии, соединить ли- берализм, коммунизм и консерватизм. Исходная  задача была иной — факторно выявить высшие ценности России. Если же выявленный ценностный перечень вызывает ассоциации с идеологемами  коммунистической  или социалистической мысли, тем лучше для идеи коммунизма.

Но мы ведь говорим  не об «измах». Речь идет об аксио- логическом  реостате,  достижении оптимума  ценностных воплощений. Коллективизм — да, безусловно,  но не на сто процентов. Стопроцентная   абсолютизация  коллективиза- ционного императива, во-первых,  утопична, во-вторых, в самом  своем намерении  разрушительна.  В реостате  «кол-

 

лективизм  — индивидуализм» должен быть предусмотрен удельный вес обоих полюсов. Такой постановки проблемы у К. Маркса, как известно, не содержалось.

Не соглашусь с предложенным в вопросе о партийном распределении ценностей. Мы говорим о ценности челове- ческой жизни. На языке заповедей это означает  «не убий». О ценности жизни человека говорят и либералы. А разве консерваторы  или социалисты  не  ценят жизнь человека? Ценности  человечества, так же как и цивилизаций, не могут быть монополизированы партиями.

Ценность коллективизма — совершенно непонятна по- пытка ее социалистической  монополизации.  Коллективист- ские принципы в виде апологии общинности были достаточ- но четко выражены в консервативной идеологии. Значимым компонентам консерватизма является патриотизм,  нивели- рованный во многих версиях левой идеологии и, в частности, в марксизме.  «Вера  в Бога», «цивилизационно-ценностная идентичность»,   «патриотизм и  любовь к  Родине»,  «на- циональная  безопасность»,  «национальный   суверенитет»,

«территориальная  целостность государства», «ценность се- мьи» — ничего этого в «Манифесте коммунистической пар- тии» вы не обнаружите.

Попутно скажу о достаточно странной  интерпретации Библии. Непонятно, почему, к примеру, пятая заповедь «По- читай отца твоего и мать твою» «характеризуют то, чело- век — раб Бога». Христианские ценности не ограничиваются, как известно, «Десятью заповедями» Моисея,  основываясь преимущественно на императивах Нагорной проповеди Христа. А там установка «помощи другому» и даже призыв

«отдай свою частную собственность другому» представлены достаточно определенно.

Сформулированные нами ценности — не левые и не пра- вые. Они выявлялись не в спектре идеологического выбора, а в расчете жизненных оснований существования российской государственности.

 

Вопрос (А.И. Соловьев):

У меня короткий вопрос: Вы это серьезно написали?

Ответ:

Более чем.

 

В дискуссии выступили:

Чернавский Д.С.

Соловьев А.И.

Римский В.Л.

Бузгалин А.В.

 

Выступления