Материал: Научный эксперт. Выпуск 6 - Материалы научного семинара


Высшие ценности российского государства

Доклад

Высшие ценности Российского государства

В.Э. Багдасарян,

доктор исторических наук

Сама постановка  вопроса о су- ществовании ценностей государства еще недавно не признавалась на уров- не   политического   истеблишмента. В ценностных номинациях виделась угроза выдвижения государственной идеологии. В действительности  под вывеской   деиделогизации   утверж-

далась вполне  определенная идеологическая  модель. Но вот о высших ценностях  заговорили на уровне политического руководства страны. К чему бы это? Прямой расшифровки, что понимается под государственными ценностями, не дано. Однако отдельные высказывания  первого  лица государства дают недвусмысленный ответ, что речь идет о ценностях ли- беральной доктрины. Одной риторикой дело, по-видимому, не ограничится. Выступая на Ярославском научном форуме, пре- зидент заявил следующее: «Все те ценности, которых мы при- держиваемся, должны иметь правовую рамку. Придание этим ценностям  практической  силы закона,  которая направляет развитие всех общественных отношений,  т. е. задает главные ориентиры общественного развития». Декларируется, таким образом, намерение придать ценностям характер закона. Что это, как не нормативное закрепление государственной идео- логии? Недавние адепты деиделогизации, реабилитируя саму

 

тему государственных  ценностей,  приступили к  созданию дискурсивного контекста возможных решений. Пафос прово- димого нами исследования состоял, таким образом, не только в утверждении о допустимости номинации государственных ценностей, но и в приведении доказательств о несводимости их исключительно к правам и свободам человека.

I. Методологический подход

Основное определение

Ключевыми для разрабатываемой   темы категориями являются  «государство» и «высшие ценности».  Под госу- дарством в данном случае понимается  организованность  и упорядоченность (пассивная и активная) существования территории, деятельности проживающего  на ней населения, при единой системе государственного  управления. Речь, та- ким образом, идет не о государстве в узком смысле слова, а о государственности — понятии, эквивалентном стране.

Ее  сущностные   признаки выражаются  триадой необ- ходимых компонентов — территорией,  народонаселением, публичной властью. Фундаментальность   (необходимость и достаточность) этих составляющих вытекает из факта их неустранимости. Невозможно в обозримой ретроспективе найти государство без территории,  народонаселения и вла- сти. Все обнаруживаемые  исключения относятся к племен- ным временам и потому не могут быть экстраполированы применительно к современной эпохе. В этом смысле гибель государства заключается в изъятии любого из компонентов: завоевании — захвате территории, этноциде — истреблении, ассимиляции или деидентификации  народа, безвластии — анархии или управленческой дерегуляции.

Под высшими  ценностями  Российского государства по- нимаются специфические  конкретизированные  состояния (требования к ним) и характеристики наиболее важных  для ее жизнеспособности факторов, выступающих деятельност-

 

ными мотиваторами для народа и государственной власти. Соответственно, жизненно важные факторы государства определяются как внешние и внутренние обстоятельства, су- щественно влияющие на сам факт и устойчивость его суще- ствования (развития). Данные дефиниции основываются на развиваемой Центром проблемного анализа и государственно- управленческого проектирования методологии подхода к со- циальным  системам как живым организмам. Государствен- ность, сообразно с ним, понимается как свойство сложного социального живого организма.

Главная ценность  для живого организма — это жизнь. Следовательно, высшая ценностная номинация  государства заключается в целеполагании — «страна должна быть». По- тенциалы   ее существования   в совокупности формируют степень жизнеспособности.   Жизнеспособность,   соответ- ственно, зависит от действия широкого круга факторов. Со- подчиненные единой интегральной ценностной цели — жиз- ни государства, они составляют перечень ее ценностей. Одни из них имеют более, другие — менее весомое значение для жизнеспособности страны. Наиболее значимые факторы для жизни страны, находящиеся на первых уровнях факторной иерархии, составляют категорию высших ценностей.

Рассматриваемые применительно   к  «живой» системе факторы должны иметь деятельностно-мотивационный ха- рактер. Деятельностными субъектами государства высту- пают власть и народ. Следовательно, ценности  становятся факторами жизнеспособности, если они являются активной принадлежностью государственной власти и общества.

Применение витального  подхода к социальной системе позволяет занять особую нишу в аксиологическом дискур- се. Высшие ценности государства, сообразно с ним, не могут быть даны свыше и не могут быть только искусственно сфор- мулированы. В этом смысле интенция  по типу «придумать национальную  идею» принципиально неприемлема.  Цен- ности не изобретаются, они присущи  системе и выявляются

 

посредством  изучения основ функционирования  каждого конкретного государства.

Методика исследования

Методика исследования основывалась на логике компара- тивистского анализа. С одной стороны, проводилось историко- компаративистское, с другой — страново-компаративистское рассмотрение феномена государственных ценностей.

Первое направление реализовывалось в методике ретро- спективного моделирования. Проводилась максимально ши- рокая развертка высших ценностей Российского государства в шкале исторического времени. Глубина исторического ана- лиза определялась доступностью  сопоставимых  эмпириче- ских данных. Проверка значимости различных ценностных ориентиров для Российского государства видится в устойчи- вом воспроизводстве их на различных исторических этапах.

Самовосстановление ценности, при возможных  ее мор- фологических модификациях на том или ином этапе, означа- ло в нашем понимании ее имманентную  связь с существова- нием Российского государства. Если при смене исторической модели  государства  — модель  Московской Руси (Третий Рим) — модель Российской империи (православие — само- державие — народность) — модель СССР (коммунизм) — мо- дель РФ (идеологическая неопределенность) — обнаружива- ются некие неизменные, исторически устойчивые ценности, то это рассматривалось как подтверждение гипотезы об ак- сиологической преемственности в исторической России.

Применение методики страново-компаративистского ана- лиза позволяет  выявить универсальные ценности  для госу- дарств мира и определить идентифицирующие,  отличительные особенности ценностей Российского государства. Соотношение между собой полученных  данных может  выражаться  как в установлении их оппозиций (принципиальное отличие рос- сийских государственных ценностей от ценностей других го-

 

сударств), так и в констатации «матрешечного» соотнесения общего и частного (пример — традиционная религия  как универсальная  ценность, православная  религиозность   — специфическая  ценность Российского государства).  Если ценностный портрет России и других стран совпадает, то это должно означать иллюзорность  тезиса о существовании осо- бой российской цивилизации. И наоборот, при несовпадении условных аксиологических наборов следует констатировать специфичность российского цивилизационного ареала.

Ввиду предложенного в ключевой дефиниции двухком- понентного понимания ценностей — одновременно как фак- торов жизнеспособности и мотиваторов деятельностной ак- тивности государства и народа — внимание в данном случае акцентировалось на выявлении несиловых оснований госу- дарственности. Именно идеальные ориентиры, а не матери- альные потребности задают «белый пакет» ценностей чело- вечества, восходящую динамику  его развития от животного собственно к человеческому состоянию.

Классификации высших ценностей

Сообразно с историческим и страновым подходами в ис- следовании ценностей проводится  их классификация. Про- странствами классификационного  анализа выступают  два базовых параметра измерения  ценностного  континуума — время и пространство. Различия масштабов исторического времени позволяют  выделить следующие категории  ценно- стей: вечные (значимые для человечества во все времена), ме- гаисторические (масштаб существования цивилизаций  и на- родов), эпохальные (масштаб эпохи), поколенческие (масштаб поколения), конъюнктурные (масштаб текущих событий).

Аксиологические различия пространственного происхо- ждения выводят на следующие классифицируемые типы цен- ностей: универсальные, национальные, локально-групповые и индивидуальные. К высшим ценностям государства отно-

 

сятся первые два уровня в обеих предложенных ценностных классификациях.

Источники ценностных генераций

Исторически в рамках различных аксиологических школ сложилось несколько подходов к определению источников происхождения  ценностей.  Они условно  группируются в рамках трех направлений.

Первое связывает происхождение ценностей с установ- лениями Творца. Для второго они являются продуктом со- знания. Третье выводит ценности из естественных (биологи- ческих) потребностей  человека. Во всех указанных случаях берутся отдельные уровни человеческого бытия. В резуль- тате  такого  фрагментирования  человек обычно предстает ценностно  деформированным. Предлагаемый авторами ви- тальный подход (социальная система как живой организм) устраняет эту односторонность. Организм может и должен восприниматься как цельная система, включающая  в себя все уровни его функционирования.

Как категориально отделить ценности от не-ценностей? Первичным здесь  является  сам выбор аксиологических критериев.  Для первого  из вышеуказанных  направлений критериальная  шкала  задается религиозными  заповедями. В рамках второго подхода критерием являются внутренние рефлективные предпочтения самого человека (интенция  по типу — «нравится»). Критериальным  основанием в третьем случае выступает императив  прагматической полезности. Критерием витального подхода является жизнь самого орга- низма. Соответственно, ценностями будет считаться то, что сущностно повышает его жизнеспособность.

Наиболее аккумулятивным выражением высших ценно- стей государства выступает национальная идея. Ввиду этого вопрос о методологии выявления источников ценностных генераций имеет в применении к ней особое значение.

 

Трансцендентный вызов

Предельно  четко  трансцендентный  подход был сфор- мулирован в рамках софиологии  Вл. С. Соловьева. Русская идея, утверждал он, является не мыслью народа о России в историческом времени,  а замыслом  о ней Творца. Какого- либо деятельного следствия из принятия соловьевского кон- цепта не вытекает. Чему быть, того не миновать. Судьба Рос- сии предопределена1.

Само слово «судьба» указывает на определенный фатум. Человек со своей субъектной волей не в состоянии изменить божественного  предначертания.  Даже сама национальная идея остается вне его полного понимания, лишь частично открываясь перед ним в различных аспектах исторического существования. Идея нации подменяется в данном случае идеей о нации.

Национальная  идея нетождественна  религиозному  от- кровению. Безусловно, Нагорная проповедь Христа должна восприниматься каждым христианином в качестве мораль- ного кодекса. Однако в качестве национальной идеи она не- возможна. И дело здесь не в ее общечеловеческой апелляции. Божественное откровение, равно как и заповедь, адресно со- риентировано от Бога — к людям. Человек в данном случае выступает не деятельностным  субъектом, а медиатором иду- щих свыше установлений.

Национальная же идея имеет прямо противоположную направленность. Она выстраивается не от Бога к человеку, а от человека — к Богу. Место Божества может быть занято и каким-либо другим общественным идеалом. Важен в данном случае деятельностный мобилизующий  акцент националь- ной идеи.

В модернизированных  философских системах в каче- стве трансцендентного  начала выступает уже не Творец,  а Закон. Коль скоро ход истории объективно предопределен,

1 Соловьев В.С. Спор  о справедливости. М.–Харьков,  1999.

 

то какие-либо  деятельностные возможности  у человека от- сутствуют. Программное преобразование мира, противоре- чащее направленности высшего закона, при этой постановке вопроса также невозможно.

Вызов детрансцендентного прагматизма

Противоположным по отношению к трансцендентализму препятствием к конструированию национальной ценностной идеи выступает позиция детрансцендентного  прагматизма. В методологическом  плане она соотносится с теорией позити- визма. Любые апелляции к идеальному при этом подходе от- секаются как метафизические сущности. Национальная идея подменяется национальным интересом. Предельная прагма- тизация приводит к утверждению императива «малых дел». Национальная идея сводится к формуле «починить забор».

Однако без наличия  общественно значимого  и призна- ваемого большинством населением идеала государство несо- стоятельно. Чем приземленнее этот идеал, тем уже возмож- ные горизонты развития и подвига.

Выдвигаемое витальное понимание источников формиро- вания ценностей не имеет ничего общего с идеей сведения их до уровня биологической инстинктивности. Идущая от В.И. Вер- надского ноосферная трактовка форм бытия человечества дает ключ к многоуровневой модели аксиологии. Она включает в себя и компоненты, характерные для животных потребностей, и более высокие  в эволюционном плане аксиологические ори- ентиры — «белый пакет ценностей человечества».

II. Ценности России в историческом преломлении

Катастрофы и прорывы в истории России

Понимание  высших ценностей  государства в качестве факторов жизнеспособности страны определяет задачу прое-

 

цирования их оцифуемого состояния на шкалу историческо- го времени. Если максимизация значения соответствующего фактора соотносится  с точками  прорывов,  а минимизация — с торчками катастроф, мы в таком случае идентифицируем его как ценностную составляющую государственного существо- вания. Первоначально перечень наиболее интегративных фак- торов был установлен методом проблемно-управленческой декомпозиции2  (рис. 1).

Далее выявленные  логически факторы верифицирова- лись посредством применения методики историко-статисти- ческого анализа. На основе аккумуляции данных различных по происхождению источников статистики были составле- ны длинные временные ряды («вековые тренды») различных параметров развития  Российского  государства3. Поскольку многие статистические показатели работают только в рост либо только в убыль и сами по себе для определения  госу- дарственной мощи малоинформативны, проводилось исчис- ление показателей России в процентах от мирового уровня либо от уровня лидирующей в мире группы государств (по факту имеющей место в последние несколько столетий гео- политической гегемонии — западных стран).

Особое внимание было обращено на две очевидные точ- ки обвала государственности:  1917 и 1991 гг. — гибель Рос- сийской империи и СССР. Предположение о том, что этим катастрофам должен предшествовать период минимизации значения соответствующих ценностей, наглядно подтверж- далось. Гибель государства и в 1917, и в 1991 г. связывалась цепочкой зависимостей с ведущим к ней вектором пониже- ния (или подавления) значимости факторов жизнеспособно- сти страны (рис. 2, 3).

2 Национальная идея России. Постановка задачи. М., 2009.

3 Симчера В.М. Развитие экономики России за 100 лет: 1900–2000. Исто- рические ряды, вековые тренды, институциональные циклы. М., 2006.

 

Исторический прорыв России

Жизнеспособность России

Территория    Народонаселение      Государственное управление

 

Удельный вес территории Российского государства в мире

Экономика

Доля России

Демография   Человеческий потенциал

Институты власти

Кадры Лигитимность власти

Национальный

в мировом ВВП

Здоровье         Социальное

благополучие

Инновационные

Наука

Образование

 

 

 

 
потенциалы

Идейно-духовный

потенциал

лидер

Удельный вес зоны геополитического влияния

Хозяйственная освоенность территорий

Удельный вес численности российского населения

 

Культура

Пассионарность

 

Религия

Наличие политической

Обороноспособность

Военные расходы

ВВП на душу

населения к

общемировому

среднедушевому ВВП

Оптимум

 

Минимизация уровня агрессивности

Психологический

тонус

Минимизация уровня

команды

Механизмы кадровой селекции

по отношению

к уровню военных

геополитических противников

экономической открытости

Оптимум этатизации

Высокий коэффициент

Крепость института семьи

Низкий коэффициент

Высший

уровень

продолжи- тельности

Высокий

 

Низкий преступности

суидальности

идея

Численность армии

 

Техническое оснащение вооруженных сил

 

 

 
Положительное сальдо естественного воспроизводства населения

уровень доходов

Низкое социальное расслоение

 

Мессианство

 

Наличие долгосрочной стратегии развития

 

Преемство политического курса

Программные документы

Подпись: 14

Рис. 1. Факторные основания исторических прорывов России

Планирование

 

25  \%

 

Территория самой России

 

Территория геополитической субъектности

 

20

15

10

5

 

0

1710

год

1760    1810    1860    1910    1960    2010

 

Рис. 2 а. Удельный вес территории и зоны геополитической субъектности России в мире

6   \%    Гибель государства

5          4,7

 

4

3

2,52,6

2

2,6

2,9  3

3,3

3,6

3,9

4,2

4,4

4,9 4,7

 

4,7

4  3,9

 

Гибель государства

3,5

3,1

2,8

2,4

2,1

 

1

 

0

1800

год

1820  1840   1860  1880   1900   1920   1940   1960  1980   2000

Рис. 2 б. Удельный вес численности населения

Российского государства в мире

 

усл. ед.

10

9

8

7

6

5

4

3

2

1

Подпись: 1756–1760
1766–1780
1776–1780
1786–1790
1796–1800
1806–1810
1816–1820
1826–1830
1836–1840
1846–1850
1856–1860
1866–1870
1876–1880
1886–1890
1896–1900
1906–1910
1916–1920
1926–1930
1936–1940
1946–1950
1956–1960
1966–1970
1976–1980
1986–1990
1996–2000
2006–2009
0

Гибель государства

Гибель государства

годы

 

Рис. 2 в. Коэффициент качества государственного управления в истории России

16   \%

14

Гибель государства

 

12

Гибель

10        государства

8

6

4

2

0

1000

год

1100   1200   1300   1400   1500   1600   1700   1800   1900   2000   2100

Рис. 2 г. Доля России в мировом ВВП

 

160   \%

 

Гибель государства

 

140

120

Гибель государства

 

100

80

60

40

20

0

1000

год

1150    1300    1450    1600    1750    1900    2050

 

Рис. 2 д. ВВП на душу населения в России к общемировому среднедушевому ВВП

60

Подпись: на 1000 чел.Гибель

50        государства

40

30        Гибель государства

20

10

 

0

1860

год

1875    1890    1905    1920    1935    1950    1965    1980    1995   2010

 

Рис. 2 е. Коэффициент рождаемости в России, в промиллях

 

200      \%

160

 

Гибель государства

Гибель государства

 

120

80

40

 

0

1790

год

1810    1830    1850    1870   1890    1910    1930    1950    1970    1990    2010

 

Рис. 2 ж. Общий коэффициент смертности в России в соотношении с развитыми странами Запада (усредненный показатель Австрии, Великобритании, США, Германии, Франции)

120   \%

100

80

 

мужчины женщины

Гибель государства

Гибель государства

 

60

40

20

 

0

1830

год

1850    1870    1890    1910    1930    1950    1970    1990    2010

Рис. 2 з. Ожидаемая продолжительность жизни в России

в соответствии с развитыми странами Запада (усредненный показатель

Великобритании, Нидерландов, США, Германии, Франции, Швеции)

 

250 \%

 

200

 

Гибель государства

Гибель государства

 

150

100

50

 

0

1840

год

1860    1880    1900    1920    1940    1960    1980    2000    2020

 

Рис. 3 а. Коэффициент разводимости в России в соотношении

с ведущими странами Запада (усредненный показатель Австрии, Великобритании, США, Германии, Франции)

350    \%

300

Гибель государства

 

250

200

150

100

Гибель государства

 

50

0

1820

год

1840    1860    1880    1900    1920    1940    1960    1980    2000    2020

 

Рис. 3 б. Число самоубийств  на 100 тыс. чел. населения в России в соотношении с развитыми странами Запада (усредненный показатель Австрии, Великобритании, США, Германии, Франции)

 

100   \%

80

Гибель государства

 

60

Гибель

40        государства

20

0

1830

год

1860    1890    1920    1950    1980    2010

 

Рис. 3 в. Общий коэффициент преступности в России в сравнении с развитыми государствами мира (усредненный показатель Великобритании, США, Германии, Франции)

200  \%

180

160

140

120

100

80

60

40

20

0

Гибель государства

Гибель государства

год

1880

1900    1920    1940    1960    1980    2000    2020

 

Рис. 3 г. Военные расходы России по отношению к военным расходам

США

 

10        Гибель государства

9

Подпись: Число открытий8

7

6

5

4

3

2

1

Подпись: 1765-1770
1770-1775
1780-1785
1790-1795
1800-1805
1810-1815
1820-1825
1830-1835
1840-1845
1850-1855
1860-1865
1870-1875
1880-1885
1890-1895
1900-1905
1910-1915
1920-1925
1930-1935
1940-1945
1950-1955
1960-1965
1970-1975
1980-1985
1990-1995
2000-2005
0          годы

 

Гибель государства

 

Рис. 3 д. Динамика крупнейших мировых научных открытий в истории

России

60   \%

50

Гибель государства

 

Гибель

40        государства

30

20

10

 

0

1820

год

1840   1860   1880   1900   1920   1940   1960   1980   2000   2020

Рис. 3 е. Отношение заработной платы наемных рабочих в России

к заработной плате рабочих стран Запада (усредненный показатель

Великобритании, США, Германии, Франции)

 

25    \%

20

 

Гибель государства

Гибель государства

 

15

10

5

год

0

1700    1750    1800    1850    1900    1950    2000    2050

Рис. 3 ж. Удельный вес представителей нетрадиционных религий в общей численности верующих

1000

500

Гибель Российской империи

 

0

1906    1908    1910    1912    1914    1916    1918    1920    1922   1924    1926

-500

-1000

-1500

-2000

-2500

Рис. 3 з. Сальдо внешнеторгового оборота в периоды государственных катастроф

 

12000

8000

4000

 

Гибель

СССР

 

0          год

1984    1986    1988    1990    1992    1994    1996    1998    2000

-4000

-8000

-12000

Рис. 3 з (продолжение). Сальдо внешнеторгового оборота в периоды государственных катастроф

Антиценности для Российского государства

Представляет интерес выявление факторов, оказываю- щих и разрушительное воздействие на Российское государ- ство. Сообразно  с факторным  (причинным) пониманием ценностей антиценности ориентированы не на укрепление и жизнь соответствующего  государства, а наоборот — на ее ослабление и даже смерть. Но антиценности можно рассма- тривать формально по той же выявительной методологии, только как бы со сменой полярности воздействия.

При доминировании антиценностей в управлении госу- дарства последнее может быть организовано таким образом, чтобы проводить политику даже в направлении самоуни- чтожения. По отношению к таким системам Л.Н. Гумилев ис- пользовал понятие «химеры»4.

4 Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1993. С. 312–316.

 

По этой логике основным потенциалам жизнеспособности государства противостоит  триада базовых антиценностей.

1. Территориальные уступки и сокращение государствен- ной территории  (распад СССР в этом понимании — безус- ловное зло).

2. Сокращение и любая форма снижения  качества наро- донаселения (сокращение рождаемости в этом понимании — безусловное зло).

3. Неограниченное снижение регулятивного потенциала государства, (реализация идеологии  неуправляемости раз- личных сторон общественного бытия, безудержный либера- лизм есть в этом понимании безусловное зло).

Антиценности, так же как и ценности,  всегда субъектны. Их факторное  (причинное) значение  формируется  и уси- ливается широким распространением на уровне массового сознания. Поэтому фиксация  антиценностной  экспансии является диагнозом того факта, что народонаселение соот- ветствующей страны неизбежно «больно».

Будучи мировоззренчески восприняты значительной ча- стью населения, факторы, ведущие к разрушению государ- ства, приобретают  характер ложных общественных ориен- тиров.

Методология   выявления антиценностей   Российского государства заключается в анализе ценностных  инверсий (смене общественных ориентиров), хронологически соотно- симых с точками государственных кризисов.

В качестве таких точек рассматриваются периоды «рус- ских смут» — начала XVII (точка минимума — 1610 г.), нача- ла XX (точка минимума — 1917 г.) и конца XX в. (точка мини- мума — 1991 г.), когда государственные потенциалы России снижались  вплоть до порога распада страны.

Первоначально реконструировались доминирующие мо- тивы в умонастроениях  народа и государственной  власти периодов  «русских  смут». Далее осуществлялся  анализ иден- тифицированных исторических катастроф на предмет выяв-

 

ления общих характерных для всех них мотивационных уста- новок массового сознания. Отсутствие фиксации хотя бы на одном из рассматриваемых временных  интервалов «смут» означало отсев верифицируемого  фактора. В результате та- кой эмпирической проверки четко фиксировался ряд анти- ценностей, очевидно проявляемых в каждой из катастроф:

−  свобода, автономность  индивидуума;

−  идейная деавтаркизация,  возрастание степени откры- тости в отношении Запада;

−  региональная автономизация;

−  гедонизм;

−  ревизия прошлого, отрицание  исторической  преем- ственности;

−  девальвация ценностей государственного служения;

−  экспансия контркультуры, антисистема.

Аксиологические трансформации в современной России

Исторически сформировавшийся ценностный пакет рос- сийской цивилизации  находится в настоящее время  в со- стояние эрозии. Но если ценности  есть факторы жизнеспо- собности страны, то их разрушение, по этой логике, должно вести страну к гибели.

Определенная сложность в фиксации ценностных транс- формаций связывается с отсутствием длительных социо- логических проектов, связывающих  замеры в дотрансфор- мационный советский и современный периоды. Выход из создавшегося положения был найден в сравнении опросных данных различных  групп населения.  В данном  случае ак- центировалось внимание на различиях  ответах генераций, сформировавшихся в периоды существования СССР и пост- советского государства. Проверка на наличие расхождений шла по базовым аксиологическим категориям.

Выделялись три группы:

1) сформировавшиеся в среднесоветский период истории;

 

2) сформировавшиеся в позднесоветский период истории;

3) сформировавшиеся в постсоветский период истории. Гипотеза заключалась в предположении, что произошед-

шая в истории России общественная трансформация  вто- рой половины 1980-х — 1990-х гг. привела к установлению ориентиров, направленных в противоположную по отноше- нию к ценностным идеалам развития человечества, сторону (рис. 4).

Доверяете ли Вы большинству жителей вашего дома, двора, улицы?

 

70  \%

60

50

40

66

61        61

 

55 лет и старше

(среднесоветская генерация)

36–54 лет (позднесоветская генерация)

18–35 лет (постсоветская генерация)

 

30

20        20

10

0

 

25        25

Доверяю         Не доверяю

Рис. 4 а. Распределение ответов респондентов на вопрос

о доверительном отношении к людям (ценность коллективизма)

 

60 \%

Доверяете ли Вы большинству жителей вашего города?

55 лет и старше (среднесоветская генерация)

53        52

50

40

36–54 лет (позднесоветская генерация)

46        18–35 лет (постсоветская генерация)

34

30        26        27

20

10

0

Доверяю         Не доверяю

Рис. 4 б. Распределение ответов респондентов на вопрос

о доверительном отношении к людям (ценность коллективизма)

 

14   \%

12

12

10

10

8          7

6

4          3

2

2          1

 

0

65 лет

и старше

55–64 лет

45–54 лет        35–44 лет

25–34 лет        18–24 лет

(среднесоветская генерация)

(позднесоветская генерация)

(постсоветская генерация)

Рис. 4 в. Распределение ответов респондентов на вопрос о значимости в воспитании детей (ценности индивидуализма)

70  \%   66

60

50

 

63        61

52

49

 

40        36

30

20

10

 

0

65 лет

и старше

55–64 лет

45–54 лет        35–44 лет

25–34 лет        18–24 лет

 

(среднесоветская генерация)

 

(позднесоветская генерация)

 

(постсоветская генерация)

Рис. 4 г. Распределение ответов респондентов на вопрос о значимости в их воспитании (ценности трудолюбия)

 

70  \%   63

60        58

50

40

30

20

10

0

52        51

39        39

65 лет

и старше

55–64 лет

45–54 лет        35–44 лет

25–34 лет        18–24 лет

 

(среднесоветская генерация)

 

(позднесоветская генерация)

 

(постсоветская генерация)

 

Рис. 4 д. Распределение ответов респондентов на вопрос о значимости в воспитании детей (ценности трудолюбия)

90   \%

80        78

70

60

60

50

40

29

30

20

10

0

50 лет и старше

 

36–50 лет (позднесоветская 18–35 лет (постсоветская

(среднесоветская генерация)

генерация)

генерация)

Рис. 4 е. распределение ответов респондентов на вопрос о наличии у них стремления иметь как можно больше денег, в\% давших утвердительный ответ (ценность нестяжательства)

 

18  \%   17

16

14

14

12        11

10        10        9

8

6

4

2

0

55–64 лет

(среднесовет- ская генерация)

45–54 лет        35–44 лет

(позднесоветская генерация)

25–34 лет        18–24 лет

(постсоветская генерация)

Рис. 4 ж. Распределение ответов респондентов на вопрос о значимости в их воспитании (ценности альтруизма)

10  \%   9

9

8

7

7

6          6

6

5

5

4          4

3

2

1

0

65 лет

и старше

55–64 лет

45–54 лет        35–44 лет

25–34 лет        18–24 лет

(среднесоветская

генерация)

(позднесоветская

генерация)

(постсоветская

генерация)

Рис. 4 з. Распределение ответов респондентов на вопрос о значимости в воспитании детей (ценности терпимости)

 

76 \%    75

74

72

70

68

66

64

62

60

65        65

50 лет и старше (среднесоветская генерация)

36–50 лет (позднесоветская генерация)

18–35 лет (постсоветская генерация)

Рис. 4 и. Распределение ответов респондентов на вопрос

о религиозной самоидентификации,\% положительных ответов

8 \%

7          55 лет и старше (среднесоветская генерация)

7          36–54 лет (позднесоветская генерация)

6          18–35 лет (постсоветская генерация)

5

5

4          4

4

3          3

3

2          2

2

1          1          1          1          1          1

1

0

0

Как часто

Вы посещаете храм?

Как часто Вы

причащаетесь?

Соблюдаете

ли Вы религиозные посты?

Молитесь

ли Вы Богу?

Читаете ли Вы

религиозную литературу?

Рис. 4 к. Распределение ответов респондентов на вопросы, индексирующие степень воцерковленности населения, в\% ответов, указывающих на высокий уровень воцерковления

 

Индикатором произошедшей  в  России ценностной трансформации могут послужить  социологические данные о социокультурной статусности различных профессий. Ука- занный  показатель прослеживается  через оценки старше- классниками разных лет желательных для себя профессио- нальных ниш. Для рассмотрения были взяты, в частности, результаты таких опросов для выпускников  школ 1967, 1979 и 2002 гг. (табл. 1). Указанные статистические  замеры четко определяют вектор снижения уровня трудовой ценностной парадигмы. В итоге к началу 2000-х гг. во взрослую жизнь вступило поколение, ментальность которого определяется в значительной  мере асоциальными  ориентирами5.

Таблица 1

Иерархия статусных ценностей российской молодежи

 

1967 г.

1979 г.

2002 г.

2002 г.

 

 

 

Юноши

Девушки

 

1

 

Космонавт

Певец, музыкант

Предпринима- тель, коммерсант

 

Модельный бизнес

2

Военный

Актер

Юрист

Экономист

3

Актер

<\/a>")